откуда. порубежье

Конечно, жизнь Князя Вяземского на виду, но не всем довелось родиться владетельными Князьями Смоленскими. Есть смоленские крестьяне и смоленские обыватели-все нужны и важны России.
Любой здравомыслящий человек понимает, что никакое положение давноушедших предков тебя самого не осеняет благодатью. Ты-то, что есть ты. Но интересно узнать частицу этого ТЫ. 

Я знаю, что я не князь Вяземский. Это не угнетает меня

 

То, что написано ниже, смело, можно не читать. Это дорого мне, но совершенно не должно быть дорого кому-либо еще.

 

Из, примерно,  60 000 тысяч дворянских фамилий, до 1917 года с Высочайше пожалованными, или Высочайше утвержденными гербами жило, чуть более 2 500 фамилий. Собственную генеалогию, в России, как-то, традиционно, плохо знали. Конечно, если дворянин был при дворе, на виду, то имел возможность сочинить «скаску» о том, как в XII веке, выехал из Орды на Русь знатный человек Степан по прозванию ЧЕШИ ОТСЕЛЬ НА БРИЧКЕ со всем потомством, и от того потомства пошли уже славные фамилии дворян Чешиных, Бричкиных и княжеский род Отсельевых-Белоозерских…

С простым, служилым дворянством, все было не так интересно.

 

Когда, 1901 году, многолетний Предводитель Черниговского дворянства, друг Александра III, Граф Милорадович составляя Родословную книгу, любезного его сердцу, Черниговского дворянства, к огромному изумлению и сожалению, он не смог обнаружить в департаменте Герольдии Правительствующего Сената, сколь-нибудь, полных росписей родов. Конечно, роды титулованные были расписаны, а вот, остальные…

 

А, ведь, о каждом потомке дворянского рода, достигшего двенадцати лет, этот самый, Сенат выпускал Указ о введении этого потомка в Сословие славного дворянства Российской империи. Или, не выпускал… Или, графу Милорадовичу не показывали? И это, в 1901 году… Что сталось теперь, после стольких войн… Когда, уже, и на месте, в церковной книге, ничего не найти. Нет книги. Нет церкви. А указа, как выяснил достопочтенный Граф, могло не быть и в 1901.

 

А, потом, была Великая русская революция, лет на двадцать с лишним, Мировая война, Гражданская, из которой все выползали, как могли, а там, и Великая Отечественная… Как-то, не до игрушек было, а игрушки, тем временем, растеряли.

Быльем все это поросло, да, нет, нет, а шевельнется в тебе, кто-то, родом из Новгород-Северской Земли… Предок, значит. Чем дальше, тем чаще задумываешься, глядя на закат за речкой, кто ты, и откуда. И, тем лучше понимаешь.

 

В, общем, это мой герб. Герб моего рода, если верить авторитетнейшим Лукомскому и Модзалевскому, проверевшим и отобравшим его для Высочайшего утверждения, фотографиям и некоторым документам.

Павловские

Щит: в красном поле меч и стрела, опрокинутые в андреевский крест и сопровождаемые сверху золотым кавалерским крестом.

Нашлемник: семь страусовых перьев. обремененных золотым крестом.

(Черниговский сборник — Сборник гербов Малороссийского дворянства, представленных в 1797-1800 гг, в Малороссийское Дворянское собрание, хранящийся в Архиве Черниговского Дворянского Депутатского Собрания.)

Потомство Якова Ивановича Павловскаго, полковника компанейскаго (1669)

 

Выискана эта красота Лукомским и Модзалевским в глубинах архива комиссии по герольдии при Черниговском Дворянском Депутатском Собрании, куда попала в конце XVIII века, в связи с указом императора Павла Петровича, вознамерившегося навести порядок и в герольдии российской… Но, не стало Павла Петровича, и разошлись дворяне по домам…

(Между прочиим, Самым старым документом Государственного архива Киевской области является  приказ (универсал) от 21 мая 1682 года гетмана Ивана Самойловича полковнику Якову Павловскому и его полку присягнуть на верность царю Московскому, Петру Алексеевичу).

В начале двадцатого века вознамерились, было, довести исполнения распоряжения Павла Петровича до конца: двести лет уж минуло. Все проверили, сверили, обобщили (те самые, Лукомский, Модзалевский), почти уже представили на Высочайшее утверждение, да грянула война, а там и, вовсе, все кончилось… Не стану настаивать на своем происхождении от Ивана Великого (известная на Москве колокольня), просто вспомню ближайших родственников, как бы, «переведших» семью из XIX века, в XX. Это деды.

 

Дед,  Иван Павловский (1896-1962), во время Великой войны окончил Чугуевское военное училище, судя по всему, во второй половине 1916 года. Был в 8-й армии Юго-Западного фронта. Точно знаю, что к Брусиловскому прорыву, он еще не попал на фронт. Судя по фотографиям, он получил в 1917 году редкую награду, «изобретенную» Брусиловым — Знак отличия Военного Ордена (Георгиевский крест) «с веточкой». Потом, судя по датам, Колчак  и, уже потом, Красные партизаны… А, потом, еще, Великая Отечественная, 357 сд 3-й Ударной и два ордена, попавшие ко мне через отца — его старшего сына. Это фотография, скорее всего, сделана в самом начале 1917.

 

*****

По другой линии, я обязан своим существованием старинной казачьей фамилии Линьковых. Думаю, у Донского дворянства с гербами все обстояло просто. Полных списков этого дворянства нет, какие тут гербы. Здесь даны фотографии братьев. Последним Линьковым этой ветви был мой очень красивый дедушка Виктор Линьков (1909-1943), скончавшийся  в Калининском госпитале, после выхода из ржевских окружений и, похороненный ныне на восточной окраине Твери, под очень скромным, и очень честным мемориалом, с соснами старого кладбища окрест, синим небом, в белых облаках, над головой, и прозрачной Волгой в пятистах метрах…

Дед, едва, стал кадетом младшего класса Донского Императора Александра III казачьего корпуса. Затем, Гражданская и старший брат, мой двоюродный дедушка-Первопоходник (участник 1-го Кубанского (Ледяного) похода Добровольческой Армии)) сотник Анатолий Линьков (Знак №3453), погибший при эвакуации Новороссийска (1892-1920. Его фотография внизу).

 

8.12.2013isp_pp

За ним, всю Гражданскую и следовала семья. Он был старшим, после неожиданной смерти прадеда на Пасху 1914 года. А после гибели Анатолия (тогда верили — пропажи) было все, как у Алексея Толстого: и верный денщик, и сменяемые, одна за другой, в петляниях, станицы, и жизнь, прожитая в станице Усть-Лабинской, на Кубани, среди соседок — женщин канувшей Добровольческой Армии. А еще, была оккупация 1943 гг, и смерть от ран и болезней моего деда, Виктора Александровича — командира орудия 1261сп 381сд, введенной в прорыв, да, малой частью, оттуда выбравшейся.

 

Что плакать о росписях родов? Я помню огромную (по нынешним меркам, хорошую) квартиру прадеда на Нижней Красносельской, к моменту моего появления там, почти пустой. Прадед скончался перед самой войной, а вещи… Все уехало, куда-то, посредством лифтерши (раньше, такой серьезный аппарат, как лифт, не оставляли одного). Бабушка не могла сама торговать вещами и отдавала все это лифтерше, как сказали бы сегодня, на консигнацию. Судя по наличию отсутствия, лифтерша была тетенькой оборотистой. А бабушке надо было растить двоих детей — мою маму и тетку. Возращения их отца, а моего деда Виктора Александровича, как я уже писал, с Победой, не ждали…

 

В общем, кроме, памяти, где-то, в глубине тела, почти ничего материального у меня от предков нет, не считая, некоторых наград и серебрянной, дореволюционной, прошедшей и гражданскую и оккупацию, ложки, которой я пользуюсь трепетно, как сказочный медведь…

Powered by WordPress | BestInCellPhones.com offers free cell phones and best wireless deals at iCellPhoneDeals.com. Read more on PalmPreBlog.com and iFreeCellPhones.com.